Автор: Олег Туляков

Солидарность — это не эмоция, а форма ответственности.
Вацлав Гавел

 

Империи не боятся слов — они боятся солидарности.
Потому что солидарность народов разрушает саму логику насилия.

История ХХ и ХХI веков убедительно свидетельствует: агрессивные имперские режимы выживают не благодаря силе, а благодаря изоляции своих жертв. Москва всегда стремилась воевать поодиночке — против отдельной страны, отдельного народа, отдельного города. Именно поэтому любой диалог между народами, уже пережившими имперское насилие, является для Кремля угрозой. Не дипломатической — экзистенциальной.

Украина и Азербайджан принадлежат к той исторической категории наций, которые познали империю не из книг. Мы знаем её по собственному опыту — по танкам на улицах, по убитым мирным жителям, по лжи, замаскированной под «наведение порядка», по насилию, оправданному языком «стабильности». Чёрный январь в Баку игеноцид азербайджанцев в Ходжалы, равно как икровавые страницы украинской истории — от Голодомора до Бучи и Мариуполя — это разные эпизоды одного и того же имперского сценария.

Именно поэтому диалог между азербайджанцами и украинцами сегодня не является жестом вежливости или академическим обменом мнениями. Это — форма стратегической солидарности народов, которые уже перешли границу страха. А в философском смысле — это встреча двух исторических субъектов, осознавших: империю невозможно «убедить», с ней можно лишь выстоять — и победить.

Азербайджан обладает уникальным опытом трансформации национальной трагедии в ресурс государственной силы. Чёрный январь 1990 года не сломал азербайджанский народ — он сформировал его политическую зрелость. Через память, солидарность, институциональную государственность и стратегическую волю Азербайджан прошёл путь от жертвы имперского насилия к победителю, восстановившему территориальную целостность и утвердившему себя как регионального субъекта силы.

Украина сегодня проходит аналогичную историческую фазу — но в условиях ещё более масштабной и открытой агрессии Москвы. Именно здесь азербайджанский опыт приобретает для нас не абстрактное, а практическое значение. Речь идёт не о механическом копировании моделей, а о более глубоком — о философии государственной воли, о соединении памяти и действия, о превращении боли в силу, а трагедии — в основу национальной мобилизации.

 

Диалог между украинцами и азербайджанцами в этом контексте является диалогом двух народов, которые поняли ключевую истину: империя проигрывает не тогда, когда по ней наносят удар, а тогда, когда народы перестают быть объектами страха. Именно в этом смысле солидарность является формой сопротивления, а взаимопонимание — инструментом победы.

Особое значение в этом контексте приобретает стратегическая коммуникация между Президентом Азербайджанской Республики Ильхамом Алиевым и Президентом Украины Владимиром Зеленским. Речь идёт не просто о дипломатических контактах или протокольных заявлениях, а о взаимодействии двух государственных лидеров, представляющих нации, которые столкнулись с одной и той же имперской логикой насилия. Эта коммуникация формирует важный символический и политический сигнал: Азербайджан и Украина воспринимают друг друга как субъектов, способных к стратегическому мышлению и солидарных в принципиальных вопросах суверенитета, территориальной целостности и права на собственный путь развития. Именно на этом уровне — уровне государственной воли и исторической ответственности — солидарность перестаёт быть абстрактной и приобретает конкретное политическое измерение, усиливающее позиции обеих стран в сложной международной среде.

 

Для Москвы опасны не отдельные армии — ей опасны народы, которые учатся друг у друга, которые помнят, которые не позволяют переписать собственную трагедию и которые способны превращать память в действие. Украинско-азербайджанский диалог в этом смысле является актом исторической зрелости обеих наций.

Этот диалог — не против кого-то, а за: за свободу, за достоинство, за право быть хозяевами собственной истории. Но именно такие «за» империи воспринимают как смертельную угрозу. И неслучайно. Когда народы, пережившие имперское насилие, говорят друг с другом — империя теряет монополию на страх. А это означает, что её конец — лишь вопрос времени.

Инициатива такого диалога должна исходить не только от государственных институтов, но и от медиа, экспертной среды, гражданского общества. Это означает, что солидарность перестаёт быть декларацией и становится живой практикой — пространством обмена опытом, ошибками, решениями и ответственностью. Именно так формируется новая антиимперская коалиция — не формальная, а ценностная.

 

Осмысление роли Гейдара Алиева и Ильхама Алиева имеет для Украины глубокий структурный смысл. Речь идёт о понимании того, как в постимперском пространстве формируется историческая субъектность нации через ответственное лидерство. Гейдар Алиев стал фигурой перехода — от травмы к государственности, от хаоса к памяти, от молчания к политической позиции. Он заложил философию национального достоинства как основы государственной политики. Ильхам Алиев, в свою очередь, реализовал эту философию в практическом измерении: превратил память в ресурс силы, а суверенитет — в дееспособную систему.

Для Украины этот опыт важен как пример преемственности государственной воли: победы не возникают внезапно, они являются результатом долгосрочной политики ответственности, институциональности и стратегического мышления.

Азербайджанский опыт экономического развития является примером того, как государство может сочетать суверенитет, прагматизм и стратегическое планирование без утраты политической автономии. Ключевым здесь является принцип: экономика как инструмент государственной силы, а не самоцель. Инвестиции в инфраструктуру, энергетику, логистику и человеческий капитал были подчинены национальным интересам и долгосрочному развитию.

Для Украины, особенно в условиях войны и послевоенного восстановления, этот опыт чрезвычайно ценен: он демонстрирует, что даже в сложной геополитической среде возможно сохранять контроль над стратегическими ресурсами, привлекать внешние инвестиции без утраты субъектности и строить экономику, способную одновременно поддерживать оборону и социальную стабильность.

Отдельного внимания заслуживает азербайджанский опыт формирования армии как института национального единства, а не только военной силы. Азербайджан показал, что модернизация армии невозможна без моральной легитимности, общественной поддержки и чёткой связи между памятью, достоинством и воинским долгом.

В то же время обеспечение солидарности азербайджанцев — внутри страны и в диаспоре — стало стратегическим фактором успеха: общая память, общий язык истории и общее видение будущего превратили общество в монолит именно в критические моменты. Для Украины этот опыт особенно актуален: победа в войне зависит не только от количества оружия, но и от способности общества сохранять доверие, единство и внутреннюю устойчивость в длительной исторической борьбе.

 

Украина может быть полезной Азербайджану не в логике утилитарного обмена или ситуативной выгоды, а как стратегический партнёр в общем антиимперском проекте. Обе нации прошли через столкновение с одной и той же исторической силой — московской империей, которая меняла названия, идеологии и флаги, но сохраняла неизменную сущность: стремление к контролю через насилие. Этот общий опыт делает украинско-азербайджанский диалог не дипломатическим ритуалом, а разговором равных, которые знают цену свободе.

Также Украина способна стать медиатором интеграции Азербайджана в восточноевропейское политическое и интеллектуальное пространство. Речь идёт не о формальном «приближении к Европе», а о включении азербайджанского опыта в круг государств и обществ, для которых память об имперском насилии является частью коллективной идентичности.

Украина, Польша, страны Балтии, Румыния — это пространство, где Азербайджан может быть услышан не как «постсоветское государство», а как нация, уже доказавшая свою способность побеждать имперское наследие. Украина здесь играет роль переводчика — не языкового, а исторического и ценностного.

Кроме того, Украина сегодня является уникальным источником практического знания о современной войне с империей. Это знание не теоретическое и не академическое — оно сформировано в условиях ежедневного противостояния гибридной агрессии, информационному террору, попыткам разрушить государственность через страх и хаос. Для Азербайджана украинский опыт ценен как пример того, как можно сохранять демократическую субъектность, мобилизуя общество, но не превращая государство в зеркальное отражение врага.

Важным измерением сотрудничества является и формирование новой региональной архитектуры безопасности. Старая система, построенная на имперских «гарантиях» и фиктивных международных соглашениях, продемонстрировала свою полную несостоятельность. Украина и Азербайджан могут выступить соавторами альтернативной логики безопасности — логики суверенных государств, которые не делегируют право на собственное выживание внешним центрам силы.

В этом смысле связка «Кавказ — Чёрное море — Восточная Европа» приобретает не географическое, а цивилизационное значение.

Наконец, Украина может быть полезной Азербайджану как культурно-гуманитарный ретранслятор его исторического опыта. Украинские медиа, экспертные среды, университеты и гражданские платформы способны донести азербайджанский нарратив до европейской аудитории без искажений и колониальных клише. Это особенно важно в мире, где борьба за интерпретацию истории стала частью глобальной политики. Украина, которая сама ежедневно отстаивает право на правду о себе, способна быть союзником Азербайджана и в этой борьбе.

В итоге польза Украины для Азербайджана заключается не в отдельных инструментах или проектах, а в общем историческом положении. Обе нации стоят по одну сторону границы — границы, за которой империя теряет власть, а народы возвращают себе право быть субъектами истории.

Именно с этой общей позиции возможен диалог, перерастающий в союз — не против мира, а за свободу, достоинство и будущее без имперского страха.

 

Начальным этапом эффективного украинско-азербайджанского сотрудничества могут стать устойчивые форматы прямой коммуникации между людьми, ориентированные не на декларации, а на выработку общего смысла и практических решений. Речь идёт о регулярных экспертных диалогах между философами, историками, экономистами, военными аналитиками и управленцами; о совместных публичных лекциях и медиапроектах; о тематических круглых столах по вопросам безопасности, экономического развития, политики памяти и национальной солидарности.

Важно, чтобы эти форматы были двусторонними, открытыми и ориентированными на перевод опыта — не как копирование моделей, а как осмысленное внедрение принципов, уже доказавших свою эффективность. Именно через системное интеллектуальное и медийноевзаимодействие формируется доверие, без которого невозможен ни один стратегический союз. Практическую перспективу имеет налаживание украинско-азербайджанской коммуникации нового типа — честной, глубокой и ориентированной на результат. Она создаёт пространство, в котором опыт Азербайджана может быть услышан в Украине, а украинский опыт — осмыслен и полезен для азербайджанских партнёров.

Это начало диалога на уровне субъектов, которые знают цену свободе и ответственности. И если память о совместно пережитых пограничных испытаниях объединяет народы, то именно совместная работа над будущим превращает солидарность в силу, способную менять историю.

 

Автор: Олег Туляков,
украинский философ,
председатель общественного совета при
Сумской областной военной администрации,
доцент Сумского государственного университета